среда, 30 мая 2018 г.

ТВОРЕНИЕ. ГРЕХОПАДЕНИЕ. 6. Небо 7. Земля





6. Не­бо

«И ска­зал Бог: да бу­дет свет. И стал свет. И уви­дел Бог свет, что он хо­рош, и от­де­лил Бог свет от тьмы» (Быт. 1, 3-4).
В начале книги «Бытие» (Быт. 1, 1) со­об­ща­ет­ся, что со­тво­ре­но Бо­гом в на­ча­ле (не­бо и зем­ля). Затем (Быт. 1, 2) рас­кры­ва­ет­ся ис­ход­ное ка­че­ст­во этих сфер (зем­ля без­вид­на и пус­та, и тьма над безд­ною, не­бо – Дух Бо­жий) и по­ка­зы­ва­ет­ся их из­на­чаль­ное взаи­мо­от­но­ше­ние (пер­вое над вто­рым, то есть вы­ше по су­ще­ст­ву). Далее (Быт. 1, 3-4) про­ис­хо­дит последующее оз­на­че­ние и раз­де­ле­ние пер­во­ре­аль­но­стей тво­ре­ния.
Не­бо – это свет Бо­жий. Бог ви­дит, что он хо­рош, – та­ко­ва сущ­ность све­та, ибо ви­де­ние Бо­га есть ви­де­ние сущ­но­сти. От­де­ле­ни­ем све­та от тьмы ус­та­нав­ли­ва­ет­ся их дов­ре­мен­ное вза­им­ное от­но­ше­ние. То, что по су­ти сво­ей хо­ро­шо, от­де­ле­но от то­го, что ещё не есть хо­ро­шо, и во­об­ще ещё не есть, по­то­му что – тьма, ни­что­же­ст­во.
В тво­ре­нии не­ба совместно с Богом Отцом не­по­сред­ст­вен­но уча­ст­ву­ют Вто­рая и Тре­тья Ипо­ста­си Бо­же­ст­вен­ной Трои­цы. «…И Дух Бо­жий но­сил­ся над во­дою» (Быт. 1, 2), – зна­чит вне вод, в ино­по­ло­жен­ной им сфе­ре, то есть на не­бе. Дух Бо­жий – это са­мо не­бо, ко­то­рое есть эон (дов­ре­мен­ная веч­ность) ду­хов­ный, Бо­же­ст­вен­ный. Ду­хов­ная при­ро­да не­ба ука­зы­ва­ет на то, что оно яв­ля­ет­ся не­по­сред­ст­вен­ным вме­сти­ли­щем и по­лем дей­ст­вия Треть­ей Ипо­ста­си Бо­же­ст­вен­ной Трои­цы. Дух Бо­жий – это Пер­во­жизнь, ду­но­ве­ние жиз­ни. В этом – не­по­сред­ст­вен­ное дей­ст­вие Ипо­ста­си Свя­то­го Ду­ха, «ко­то­рым Тво­ря­щий бли­жай­шим об­ра­зом со­об­ща­ет жиз­нен­ную си­лу тво­ри­мо­му, не сообщая, од­на­ко, ему са­мо­го су­ще­ст­ва Сво­его, и не сме­ши­ва­ясь с ним» (митр. Фи­ла­рет /Дроз­дов/).
Кни­га Бы­тия ука­зы­ва­ет и на то, что Тво­рец из­на­чаль­но при­сут­ст­ву­ет в ак­те все­лен­ско­го твор­че­ст­ва и Вто­рой Сво­ей Ипо­ста­сью. Как пи­шет­ся в од­ном тол­ко­ва­нии на кни­гу Бы­тия: «до­га­ды­ва­ют­ся ещё, что в сло­ве “ска­зал” мож­но так­же на­хо­дить та­ин­ст­во Ипо­стас­но­го Сло­ва, ко­то­рое здесь, по­доб­но как и Дух Свя­тый, по­став­ля­ет­ся Твор­цом ми­ра». В ре­аль­но­сти не­ба пред­веч­но во­пло­ще­но Сло­во Бо­жие, Его Мысль о тво­ре­нии.
«Пре­ж­де тво­ре­ния ми­ра, кро­ме су­ще­ст­во­ва­ния Пре­свя­той Трои­цы, Ми­ро­вой Ум рас­смат­ри­вал так­же в ве­ли­ких Сво­их умо­пред­став­ле­ни­ях Им же со­став­лен­ные об­ра­зы ми­ра, ко­то­рый про­из­ве­дён впо­след­ст­вии, но для Бо­га и то­гда был на­стоя­щим. У Бо­га всё пе­ред оча­ми, и что бу­дет, и что бы­ло, и что есть те­перь» (св. Гри­го­рий Бо­го­слов).
«Сие пред­веч­но ро­ж­дае­мое в Бо­ге Сло­во и Пре­муд­рость гла­го­лет из бес­ко­неч­ной веч­но­сти Бо­жи­ей в круг вре­ме­ни к тва­рям, ко­гда в них долж­на от­крыть­ся Пре­муд­рость Бо­жия» (митр. Фи­ла­рет /Дроз­дов/).
Та­ким об­ра­зом, Тво­рец со­вер­ша­ет дея­ние всей пол­но­той Сво­его Трии­по­стас­но­го Су­ще­ст­ва, и биб­лей­ское не­бо яв­ля­ет­ся той сфе­рой, где кон­цен­три­ру­ют­ся уси­лия Трие­ди­но­го Бо­га и где фор­ми­ру­ет­ся об­раз бу­ду­ще­го тво­ре­ния.
Не­бо – это мир рай­ский, сфера чис­тых ду­хов, пер­во­об­ра­зов творения, про­об­раз ми­ро­зда­ния, который описывался православными богословами.
«Из ми­ров один сотворён пре­ж­де. Это иное не­бо, оби­тель бо­го­нос­цев, со­зер­цае­мая еди­ным умом, пре­свет­лая: в неё всту­пит впо­след­ст­вии и че­ло­век Бо­жий, ко­гда, очи­стив ум и плоть, со­вер­шит­ся Бо­гом» (св. Гри­го­рий Бо­го­слов).
Дионисий Ареопагит называл «образцами», «примерами», «прообразами» те «осуществляющиеся логосы существ, которые объединённо предсуществуют в Боге, и которых богословы именуют предначертаниями или божественными и благими хотениями, так как они определяют и создают всё сущее, и по которым Сверхсущий предопределил и произвел всё существующее».
«Всё от Бога имеет своё бытие и существование, и всё, прежде бытия находится в Его творческом уме; первообразы всех вещей находятся там внутри» (Симеон Новый Богослов).
Под не­бом «мож­но ра­зу­меть Не­бе­са не­бес”, мир не­ви­ди­мый (Кол. 1, 16). Бы­ло, ве­ро­ят­но… не­ко­то­рое пред­ше­ст­во­вав­шее бы­тию ми­ра со­стоя­ние, свой­ст­вен­ное пре­мир­ным си­лам, пре­выс­шее вре­ме­ни, веч­ное, при­сное» (митр. Фи­ла­рет /Дроз­дов/).
По­сле вы­де­ле­ния не­ба и зем­ли, тво­ре­ние про­дол­жа­ет­ся на не­бе, или в раю, как сфе­ре чис­той ду­хов­но­сти. Это дов­ре­мен­ной эон пер­во­тво­ре­ния, пер­во­пред­ме­тов, пер­во­дей­ст­вий. Можно сказать, что всё, со­вер­шён­ное в веч­но­сти, яв­ля­ет­ся па­ра­диг­мой (при­ме­ром, об­раз­цом, мо­де­лью), ар­хе­ти­пом (про­об­ра­зом, пер­вич­ной фор­мой) для вре­мен­но­го бы­тия. В этом умо­по­сти­гае­мом Бо­жи­ем пла­не соз­да­ют­ся пер­во­об­ра­зы су­ществ и кос­мо­са в це­лом, фор­му­ли­ру­ет­ся их сущ­ность, как за­дан­ность и на­зна­че­ние. В ме­таи­сто­ри­че­ском измерении про­ис­хо­дят со­бы­тия, пред­ше­ст­во­вав­шие на­ча­лу ис­то­рии ми­ра. На не­бе соз­да­ёт­ся пер­во­об­раз бо­го­по­доб­но­го че­ло­ве­ка – его веч­ная ду­ша.
«Бог не есть Бог мёртвых, но Бог жи­вых. Сле­до­ва­ние ве­щей из Бо­га есть са­мо­от­кро­ве­ние Бо­га. Но Бог мо­жет от­кры­вать­ся Се­бе лишь в том, что по­доб­но Ему, в сво­бод­ных, дей­ст­вую­щих из се­бя са­мих су­ще­ст­вах, их бы­тие не име­ет ино­го ос­но­ва­ния, по­ми­мо Бо­га, но они су­ще­ст­ву­ют так же, как су­ще­ст­ву­ет Бог. Он го­во­рит и они суть. Ес­ли бы все су­ще­ст­ва ми­ра бы­ли да­же толь­ко мыс­ля­ми бо­же­ст­вен­но­го ду­ха, уже это од­но за­став­ля­ло бы нас при­знать их жи­вы­ми су­ще­ст­ва­ми» (Ф. Шел­линг).
Ду­хов­ность и смы­сло­вая за­дан­ность не­ба предвечного райского эона – опи­сы­ва­ет­ся в раз­лич­ных интеллектуальных тра­ди­циях с разных сторон и позиций, с разнообразной глубиной проникновения: мир идей у Пла­то­на; Ло­гос у Ари­сто­те­ля и стои­ков; ар­хе­тип и пер­во­об­раз, как из­на­чаль­ность, пер­во­за­дан­ность, на­ча­ло, прин­цип, ос­но­ва – у Пла­то­на  и Ав­гу­сти­на; логосные начала, логосы бытия, логосы творения, духовные логосы, семенные логосы, зиждительные логосы, семенные причины в патристике; парадигмы творения у Дио­ни­сия Аре­о­па­ги­та; мо­на­ды у стои­ков, Джор­да­но Бру­но и Лейб­ни­ца; суб­стан­ция у Па­ра­цель­са; умо­по­сти­гае­мый об­раз у Аль­бер­та Ве­ли­ко­го и Фо­мы Ак­вин­ско­го; экземплярии в средневековой философии; мо­дус у Спи­но­зы; вещь в се­бе у Кан­та; са­мо­раз­ви­ваю­щий­ся ми­ро­вой дух и са­мо­дви­жу­щие­ся по­ня­тия у Ге­ге­ля; суб­стан­ци­аль­ные дея­те­ли у Н.О. Лос­ско­го. «Платоновские идеи понимаются Стагиритом преимущественно как задачи или нормы бытия, хотя и имманентно осуществляемые, но трансцендентно заданные» (прот. Сергий Булгаков).
Не­бо – это уни­вер­сум[1] (еди­ная все­лен­ная) мыс­лей Твор­ца о тво­ре­нии в це­лом, мыс­лей Бо­жи­их о ка­ж­дой твар­ной сущ­но­сти. Но на не­бе всё толь­ко за­да­но и по­то­му это мир ду­хов­ных ин­ди­ви­ду­аль­ных суб­стан­ци­аль­ных по­тен­ций, семенных начал бытия.

7. Зем­ля

Итак, с од­ной сто­ро­ны – не­бо, свет, то, что есть хо­ро­шо. С дру­гой – зем­ля, ко­то­рая была без­вид­на и пус­та: тьма, безд­на, пустота – не­уст­ро­ен­ная и не­за­вер­шён­ная сфе­ра, на­хо­дя­щая­ся в хао­ти­че­ском со­стоя­нии, в ней нет ещё и материи. Во­да здесь яв­ля­ет­ся сим­во­лом без­жиз­нен­ной хао­ти­че­ской мас­сы, в от­ли­чие от во­ды, взя­той в обык­но­вен­ном смыс­ле, ко­то­рая вы­де­ля­ет­ся во вто­рой и тре­тий день тво­ре­ния.
Не­бо и зем­ля об­ра­зу­ют­ся твор­че­ским ак­том Соз­да­те­ля из «ни­что» на­ча­ла (в на­ча­ле), то есть из то­го, что есть ни­что, или че­го ещё нет во­все. Зем­ля здесь – это про­ти­во­стоя­щее не­бу, как на­ча­лу ду­хов­но­му, тво­ря­ще­му, упо­ря­до­чи­ваю­ще­му, – са­мое без­на­чаль­ность, не­упо­ря­до­чен­ность, бес­ка­че­ст­вен­ная хао­ти­че­ская мас­са. Это уже не из­на­чаль­ное «ни-что», но ни­что, про­ти­во­стоя­щее ка­че­ст­вен­ной оп­ре­де­лен­но­сти «что». В этом смыс­ле зем­ля – со­веч­ная не­бу пра­ма­те­рия.
Са­ма по се­бе зем­ля – ха­ос, но как про­ти­во­стоя­щая твор­че­ско­му на­ча­лу не­ба, она – пер­во­ма­те­рия. Это пред­веч­ное иное, не­пре­рыв­ное са­мо в се­бе ис­чез­но­ве­ние и бес­ка­че­ст­вен­ное из­ме­не­ние. Ес­ли мож­но бы­ло бы ха­рак­те­ри­зо­вать ка­ки­ми-то свой­ст­ва­ми са­мою бес­ка­че­ст­вен­ность, то это бы­ли бы сплошь не­га­тив­ные, от­ри­цаю­щие оп­ре­де­ле­ния. Ха­ос зем­ли – это то, в чём ещё нет ни­че­го, но что, тем не ме­нее, уже в це­лом есть не­что как та­ко­вое.
Са­ма по се­бе пра­ма­те­рия – ни доб­ро, ни зло, хо­тя в ней по­тен­ции и то­го и дру­го­го. В ней и мя­теж­ный ха­ос – ис­точ­ник ме­о­ни­че­ско­го (не-су­ще­го) про­из­во­ла тва­ри. Но ей же из­на­ча­ла при­су­ще вле­че­ние к но­во­му ро­ж­де­нию или «си­ла, мощь, по­тен­ция бы­тия» (Вл. Со­ловь­ев). «Злым на­ча­лом са­ма по се­бе ма­те­ри­аль­ная при­ро­да быть не мо­жет: она пас­сив­на и инерт­на это жен­ст­вен­ный эле­мент, при­ни­маю­щий то или дру­гое ду­хов­ное на­ча­ло» (Вл. Со­ловь­ев).
Не­бо и зем­ля «соз­да­ны сло­вом Ве­ли­ко­го Бо­га» в до­ми­ро­вом эо­не. Не­бо, как пер­вое на­ча­ло в Аб­со­лют­ном, «есть по­ло­жи­тель­ная по­тен­ция, сво­бо­да бы­тия, сверх­су­щее» (Вл. Соловьев). Зем­ля же – «вто­рое или ма­те­ри­аль­ное на­ча­ло, бу­ду­чи не­об­хо­ди­мым тя­го­те­ни­ем к бы­тию, есть его от­ри­ца­тель­ная, не­по­сред­ст­вен­ная по­тен­ция, то есть ут­вер­ждае­мое или ощу­ти­мое от­сут­ст­вие, или ли­ше­ние на­стоя­ще­го бы­тия. Но ли­ше­ние есть вле­че­ние или стрем­ле­ние к бы­тию, жа­ж­да бы­тия» (Вл. Со­ловь­ев).
Эта «веч­ная ос­но­ва вся­ко­го су­ще­ст­во­ва­ния… тём­ная ос­но­ва бы­тия… хо­чет ро­дить Бо­га, то есть без­ос­нов­ное един­ст­во, но по­столь­ку в нём са­мом ещё нет един­ст­ва” (Ф. Шел­линг).
Пред­веч­ный ха­ос – то, что в Са­мом Бо­ге не есть Бог. Это ос­но­ва су­ще­ст­во­ва­ния пред­мет­но­го кос­мо­са, ма­те­рия тво­ре­ния. Веч­но­су­щий Бог ощу­тил в Се­бе вле­че­ние к но­во­му са­мо­ро­ж­де­нию. Бог хо­чет ро­дить в Се­бе Бо­же­ст­вен­ное тво­ре­ние. Зем­ля и есть вы­де­лив­шая­ся в Бо­ге ма­те­рия это­го ро­ж­де­ния. Са­ма зем­ля то­же хо­чет ро­ж­дать Бо­га, ей при­су­ща во­ля к но­во­му ро­ж­де­нию и жен­ст­вен­ное стрем­ле­ние к пре­об­ра­же­нию. Вся­кое ро­ж­де­ние есть ро­ж­де­ние из мра­ка к све­ту, из зем­ли к не­бу.
Но от­ку­да про­ис­хо­дят ха­ос и его кос­ность, и как они су­ще­ст­ву­ют в Бо­ге? Всё – в Бо­ге, ибо вне Бо­га нет ни­че­го. Земля – то в Бо­же­ст­вен­ном ло­не тво­ре­ния, что толь­ко долж­но стать со­от­вет­ст­вен­ным Бо­жие­му За­мыс­лу и по­то­му ещё толь­ко уст­рем­ле­но к серд­це­ви­не Твор­ца. Хао­ти­че­ский про­из­вол как по­тен­ция зла – в ло­не тво­ре­ния, но не из Бо­жи­ей при­ро­ды. Это – то, что со­про­тив­ля­ет­ся твор­че­ско­му дея­нию Бо­га. Вне Бо­га ни­че­го нет, но не всё от Бо­га и не всё к Бо­гу. Бог – Все­един­ст­во и в том смыс­ле, что дра­ма ми­ро­тво­ре­ния осу­ще­ст­в­ля­ет­ся в глу­би­нах бы­тия Бо­жия. Об­раз Рас­пя­то­го Бо­га сви­де­тель­ст­ву­ет, что Тво­рец всем су­ще­ст­вом Сво­им уча­ст­ву­ет в тво­ре­нии – Сам Бог во всей пол­но­те Бо­же­ст­ва при­нял об­раз ми­ра, че­ло­ве­ка и вселенские стра­да­ния!
Итак, «ес­ли под зем­лею в биб­лей­ском рас­ска­зе тво­ре­ния на­до по­ни­мать ха­ос, мир низ­ший и вне­бо­же­ст­вен­ный в его хао­ти­че­ском со­стоя­нии, то, оче­вид­но, что тер­мин не­бе­са”, ко­то­рый свя­щен­ный текст ста­вит в тес­ное от­но­ше­ние с зем­лею, как про­ти­во­по­лож­ным по­лю­сом тво­ре­ния, ука­зы­ва­ет нам выс­ший мир или не­ви­ди­мый мир бо­же­ст­вен­ных про­ти­во­дей­ст­вий, ус­та­нов­лен­ных или осу­ще­ст­в­лен­ных оп­ре­де­лён­ным об­ра­зом, как про­ти­во­вес хао­ти­че­ско­му су­ще­ст­во­ва­нию» (Вл. Со­ловь­ев).
Не­бо – во всём про­ти­во­по­лож­ная зем­ле ре­аль­ность. Не­бо – ду­хов­но, зем­ля – ма­те­ри­аль­на; не­бо – уст­рое­но, упо­ря­до­че­но, зем­ля же – бес­смыс­лен­ный ха­ос; не­бо на­пол­не­но жи­вы­ми су­ще­ст­ва­ми, зем­ля по­ка – са­мо не­бы­тие, и ни­что. Мир сей есть ре­зуль­тат со­еди­не­ния не­ба и зем­ли, и в ка­ж­дой его час­ти­це бо­рют­ся си­лы не­бес­ные и зем­ные.


[1] Универсум – лат. universum – совокупность всего, общность, всё сущее.